Ряд негативных событий — дефицит бензина и возможная нехватка ширпотреба в связи с атаками ВСУ на НПЗ и склады маркетплейсов может продолжиться перебоями с хлебом, если права пекарей в столичном регионе не будут должным образом защищены. Исторические аналогии заставляют отнестись к проблеме предельно серьёзно.
Просело производство на хлебозаводе в подмосковной Балашихе. По данным СМИ, из-за адской жары в цехах десятки сотрудников отказываются работать и планируют уволиться в ближайшее время, либо уже уволились. Оставшихся «бунтарей» переводят на другие участки, заменяют сменщиками, но причина протеста требует разрешения.
Температура в цехах достигает +40 градусов, а непосредственно у печей она ещё выше. Кондиционеров в помещении нет. При этом смена длится 12 часов. Особенно тяжело трудиться пожилым работникам, доля которых в трудовом коллективе достигает 40%. Зарплата на заводе неплохая — 60 тыс. рублей, но условия невыносимые.
Помимо этих претензий работники указывают на нарушения сроков обязательной индексации зарплаты, оплаты сверхурочной работы, оплаты при совмещении должностей и наставничестве, режима труда и отдыха, на отсутствие медицинского кабинета и медперсонала и ненадлежащее санитарное состояние бытовых помещений.
«Коллеги, которым надоело мириться с беспределом, который допускает руководство, объединились в добровольный и законный профсоюз для борьбы за наши права», — заявил представитель группы сотрудников в видеообращении. Отказ от работы в опасных условиях разрешён статьёй 216.1 Трудового кодекса, подсказывают в профобъединении.
Сотрудники хлебозавода опасаются экономического давления со стороны руководства в ответ на их организованные действия и потому намерено не «засвечивают» лица всех членов профсоюза. «Для будущего завтра, нужно начать бороться уже сегодня, присоединяйтесь к нам, вступайте в профсоюз», — такими словами завершается обращение.
Между тем, речь идёт о предприятии, входящем в холдинг «Коломенский». Это крупнейший производитель хлебо-булочных изделий в России.
На его долю приходится около 15% рынка. Бизнес активно расширяется: на днях был приобретён московский комбинат «Пеко», выпускающий кондитерку по советским рецептам, а ранее экс-финский Fazer.
Стремление зарабатывать на прекрасных «советских» тортах «Прага» и «Ленинградский», которые производит «Пеко», судя по Балашихе, не очень-то связано с готовностью владельцев «Коломенского» соблюдать нормы труда, установленные на таких предприятиях ещё в СССР. Хотя речь идёт не только о комфорте, но и о производительности.
Похоже, для боссов холдинга хлеб — обычный товар. Просто бизнес, ничего личного. Надо снижать издержки и по возможности увеличивать прибыль.
Видимо, поэтому глава «Коломенского» критически относится к государственному регулированию цен на хлеб. А уж права работников таких руководителей как правило вообще мало волнуют.
А значит сотрудники хлебозавода в Балашихе и других 15 производственных площадок, входящий в холдинг, могут рассчитывать только на себя, профсоюз и общество.
Движение «Российский Трудовой Фронт» на постоянной связи с работниками завода. «Люди не должны работать в нечеловеческих условиях. Рабочим нужна огласка», — провозглашают там.
Но смогут ли пекари, пусть даже и объединённые в профсоюз, настоять на своём? На противостоящей им стороне акулы капитализма с железными челюстями, ресурсами, юристами, и, что греха таить, явной или латентной поддержкой государства, чиновников, которые считают себя, скорее, партнёрами бизнеса, чем защитниками прав трудящихся.
Минувшие три десятка лет были не лучшим временем для профдвижения. Почти все вновь появившиеся свободные профсоюзы — «Профсвобода» (Александр Захаркин в «Сургутнефттегазе», Валентин Урусов на «Алросе»), МПРА на заводе «Форд» (Алексей Этманов) были задавлены объединёнными силами работодателей и государства.
Крупные профсоюзные объединения, созданные подвижниками, были взяты под контроль иными способами. Главой СОЦПРОФа вместо основателя Сергея Храмова стал единоросс Сергей Вострецов. Конфедерации труда России Бориса Кравченко вообще предъявили контакты профсоюза моряков с международными профструктурами (!).
Обе ассоциации были в некотором смысле оппонентами крупнейшему объединению профсоюзов — ФНПР — тесной соратнице «Единой России», основной участнице Трёхсторонней комиссии, где вместе с правительством и представителями бизнеса определяются рамочные параметры, регулирующие трудовые отношения в стране.
Покладистость ФНПР, её готовность идти навстречу капитанам бизнеса и чиновникам, по мнению многих, объяснялась её привилегированным положением. Ассоциации досталась множество собственности ВЦСПС — офисные здания, санатории, которыми в новые капиталистические времена можно было не без выгоды распорядиться.
На субъективный взгляд, тотальное бессилие низовых профсоюзов в постсоветскую эпоху в значительной степени объясняется доминированием на этой «поляне» ФНПР.
Но даже покладистый Шмаков, похоже, перестал устраивать своих визави (а может просто захотел на пенсию?) и профсоюзного олигарха переместили на пост почётного президента.
Эти пертурбации привели к некоторому оживлению федерации. Теперь там выступают за переход к полноценным трудовым отношениям между цифровыми платформами и занятыми через них гражданами, на которых должны распространяться все гарантии, предусмотренные ТК, включая оплату больничных, отпусков, страховых выплат и пенсий.
Кроме того, один из зампредов ФНПР внёс в Госдуму законопроект, обязывающий работодателя отвечать на запросы профсоюзов в двухнедельный срок. Правительство поддержало и после принятия поправок механизм коммуникации защитников трудовых прав с работодателями станет не декларативным, а предельно конкретным.
Правильные базовые рамочные законы очень важны, так как влияют на трудовой климат по всей стране, но устранение конкретной несправедливости важно не менее.
Может, ФНПР или другие крупные профобъединения обратят внимание на ситуацию, сложившуюся на хлебозаводе в Балашихе? Пока дело не дошло до дефицита…
Ещё со школы каждый россиянин знает, что перебои с хлебом в Петрограде в феврале 1917-го стали последней каплей, переполнившей чашу терпения людей и фактическим детонатором Февраля, свергнувшего самодержавие. Измученные в очередях женщины, с криками «Хлеба!» спровоцировали в столице империи многотысячную стачку.
(Слово «стачка», как и «забастовка», теперь будто не в ходу в России. Хотя закон позволяет подобные действия, лишь ограничивая их определённым набором условий. Непревзойдёнными мастерами использовать стачки рабочих в политической борьбе были большевики. Умная политическая поддержка была полезна и самим бастующим).
Сейчас до подобного в Москве вряд ли дойдёт — градус не тот, да и дефицита хлеба пока нет (хотя боевые действия, сопоставимые по продолжительности с Первой мировой войной, в наличии). Но стоит ли испытывать судьбу? Не лучше ли снять незначительную проблему законным способом, пока она не разрослась в нечто большее? Тем более на носу выборы.
Если профсоюзы не смогут проявить себя в Балашихе, подставить плечо пекарям могут левые политические организации. Лучше этого только солидарные действия и тех, и других.